rukenau

Долго ли, коротко ли, а послали меня в Пекин делать доклад о состоянии дел нефтепереработки на Руси.

С этой целью я, значит, вылетел из Шереметьего в понедельник - а в Пекин прилетел уже, так сказать, во вторник. Лету семь часов, Аэрофлот под это дело отводит ВоздушныйАвтобус А330 - совсем новый, выполненный в оранжевой гамме, с экранами в спинках сидений, а на экранах можно смотреть фильмы (я посмотрел чуть-чуть "Обитаемый остров" и плюнул, уродский какой-то фильм), слушать музыку (правда, выбор странный), играть в игры и помогать пилоту вести самолёт. Я, видимо, отвык от таких длительных перелётов, и поэтому по прибытии немножко чувствовал себя багажом, но тем не менее бодро заполнил иммиграционную карточку и декларацию о здоровье и выгрузился. А надо сказать, что в Китае сейчас небольшое увлечение гриппом, вот этим А1-что-то, и поэтому в анкете просят написать: скажите, мол, пожалуйста, какие у вас симптомы. Ну я, не будь дурак, и поставил галочку рядом с runny nose. И это при том, что тёмное начало нашёптывало мне: не надо этого делать! В общем, чтобы срезать долгую историю накоротко, ничего ужасного не случилось, но на проверке (а у них там специальная стойка, где проверяют именно эти декларации) по Тайному Знаку меня отвели в специальный загончик, где уже сидел какой-то незадачливый трэвелер, и заставили померить температуру обычным ртутным градусником. Верный организм выдал опять 36.1, меня поблагодарили, заставили начисто переписать эту декларацию и отпустили.

На паспортном контроле (ну и до него тоже) видел комплект совершенно одинаково одетых (темно-синие пиджаки, черные брюки, галстуки в одинаковую неброскую красную полоску) людей, которые не были бы ничем примечательны, если бы не значок с кем-то - я не успел разглядеть, с кем - который у каждого из них был верно приколот рядом с сердцем. Я решил, что это северокорейцы (и на значке, соответственно, очередной Ир), так как, во-первых, они встали в очередь для иностранцев, а во-вторых, по-моему, китайцы такими вещами уже, слава богу, не занимаются. Моего китайского хватило на то, чтобы провести диалог с девушкой-проверяльщицей паспортов, трогательно и строго одетой в медицинскую маску. До меня она зачем-то рассматривала паспорта своих соотечественников в увеличительное стекло. Я сказал ей: "Ни хао!". Она ответила: "Ни хао". Когда она закончила, я сказал: "Сье-сье!"; она ответила что-то типа "пожалуйста". Воодушевленный успехом, я эффектно закончил: "Цзайцзянь!". "Цзайцзянь уже," - устало ответила девушка.

Аргус, оказывается, организовал встречу, и на выходе меня уже ждал местный водитель и двое людей с Руси. Каким радостным звоном откликнулась душа при виде знакомых славянских черт! Шутка. Мы познакомились, сели в машину и Поехали.

Хочу покурить. Чёрт, нет ничего. Ну ладно.

Вот. Пока мы ехали, я крутил башкой по сторонам, пытаясь впитать в себя впечатления. Первых впечатлений было несколько. Во-первых, водитель периодически бибикал в каких-то странных ситуациях - я так до сих пор и не понял, зачем, но, может, ему просто нравилось. Во-вторых, мне вначале показалось, что здесь немного машин, но потом, привыкнув, я понял, что их на самом деле огромное количество (в массе своей машины попроще, чем в Москве, такого количества misplaced пафоса на дорогах тут, слава богу, нет); distan говорила, что во времена оны тут очень много ездили на велосипедах, так вот спешу обрадовать поклонников Тур де Франс: ездить на велосипедах меньше не стали, стали больше ездить на машинах. Пекин - официально семнадцатимиллионный город (речь идёт об агломерации, видимо), так что тут хватает и на велосипеды, и на мотороллеры - они, кстати, здесь какие-то странные, тихие, безобидные и велосипедоподобные, - и на общественный транспорт, и на машины, и ещё остаётся достаточно, чтоб ходить по улицам туда-сюда. В-третьих (да, это всё было во-вторых), попервоначалу город меня расстроил: на подъездах к Пекину слишком уж много каких-то огромных конструкций, выстроенных совершенно вразнобой и без какого бы то ни было стилистического единства... по сравнению с этим пиршеством многоэтажного застройщика даже панельные дома Новой Москвы выглядят довольно строго. С другой стороны, потом, когда уже по заселении я пошёл гулять и сознательно вбрёл в то, что у нас в средней полосе ласково и абстрактно именуют "частным сектором", а тут, я думаю, вернее было бы назвать трущобами, я понял, чем обусловлено строительство такого типа домов. Просто в городе живёт Очень Много Людей, и немаленькая часть их, судя по всему, обретается в каких-то совсем уж свинских условиях.

Пока ждал, чтоб меня впустили в комнату, поднялся на второй этаж отеля на эскалаторе и удивился: судя по всему, китайцы представляют себе как-то в общем, что европейцы должны быть выше их, но не представляют, насколько именно. Просто иначе мне непонятно, как объяснить табличку "Mind your head" на уровне где-то 2.1 м - это что за голова такая? Тут, кстати, надо сказать, что китайцы (по крайней мере пекинского разлива) вовсе не так низкорослы, как их представляет популярное мнение: я хоть и был выше толпы, но сплошь и рядом встречал людей своего или сравнимого роста (1.8 м+). Вообще китайцы очень миловидны, много красивых девушек, много молодых людей с приятными тонкими чертами.

Пока я шёл от отеля к кладбищу Жалань (это старейшее христианское кладбище в Китае и место упокоения distanского Маттео Риччи), зоркие глаза и быстрая реакция не раз спасали мне жизнь. Вообще любой рассказ о Первых Впечатлениях будет неполон без описания того, как ездят по улицам Пекина. Китайские водители в принципе вроде как законопослушны, и на красный свет не рассекают с молодецким присвистом, но есть три вещи, из-за которых переход улицы становится похож на игру со смертью: во-первых, поворот на красный свет (в Китае можно поворачивать на красный, судя по всему, из любого ряда); во-вторых, ездящие так, как хотят, велосипеды и мотороллеры; в третьих, люди, которые пересекают улицы, совершенно не заботясь о том, встретят они следующий рассвет или нет. Всё это в сумме даёт на наиболее оживленных перекрестках какую-то нечеловеческую кашу. А, ну и плюс к тому в Китае не принято пропускать пешеходов (правда) - поэтому если машина ЕДЕТ на вас, даже если вы переходите на свой зелёный сигнал, её лучше ПРОПУСТИТЬ, а не проверять, кто победит - трепетная плоть или бездушный металл (подсказка: металл). А ещё, кстати, тут рано темнеет: в семь вечера было уже почти совсем темно.

Что ж, я дошёл до кладбища, и, уверенно заглушив в себе тихий голос краеведа, который подсказывал мне, что Это Тут, двинулся дальше. Но через сто метро голос краеведа стал назойливее: он стал подпрыгивать и совать мне в лицо карту. Тогда я, не теряя достоинства, повернулся и пошёл обратно - о, сколько раз мне ещё предстояло это сегодня сделать! - где вежливо и доброжелательно спросил у охранника в серо-зелёной форме (тут их очень много, они охраняют разные места; как правило, это молодые ребята, стоящие более или менее по струнке), не тут ли кладбище Жалань. Охранник не понял и ответил мне по-китайски. На сей раз не понял я. Он показал мне, что надо поговорить с другим человеком. Я пошёл к другому человеку и спросил у него, не тут ли кладбище Жалань. Человек добродушно усмехнулся и очень быстро объяснил мне что-то; к сожалению, по-китайски. Я глупо улыбнулся и сказал: "I'm sorry, I don't understand". Он понял и добавил более простых разъяснений, но, к несчастью, и они тоже были на китайском. Я повторил, что не понимаю: я решил давить на жалость. Он вышел обратно на улицу и, не переставая комментировать, стал показывать в другое место - но я-то знал, что мне туда не надо! Подошли ещё двое людей. Они тоже были вполне участливы и, разглядывая карту, предлагали различные версии, но по какому-то демоническому совпадению все они были на китайском - языке, которого я не знаю. Тут первый человек посмотрел на картинку и узнал её, и сказал что-то типа: "А не, пацан, ща всё будет как по нотам" - и увлек меня за собой обратно на ту же территорию, и довёл меня до могилы Маттео Риччи, и я завтра пойду её фотографировать.

А вот дальше было уже менее успешно и гораздо более сурово - без инцидентов, но зато с какими-то пространственно-временными провалами.

Я вынырнул из кладбища и, ориентируясь по карте, стал сплавляться вниз по улице, оглядывая происходившее вокруг. Древнего Пекина, к моему сожалению, давали маловато (хотя у Пекина, как и у Москвы, есть такое странное свойство: прятать в городских складках огромные территории со своим внутренним укладом, только в Пекине они ещё зачастую скрываются за разного рода воротами, вход в которые осуществляется беспрепятственно), но тем не менее наблюдать за людьми было интересно. Все, в общем, сновали (по-моему, я это слово использую в первый раз в жизни) куда-то по своим делам, сидели на парапетах, ели в ресторанах и выгуливали детишек - а китайские дети, я должен сказать, есть наивысшее достижение вселенского детопроизводства: они все ужасно МИЛЫЕ (т.е. симпатичные) и ОСМЫСЛЕННЫЕ вне зависимости от крошечности. Я хотел зайти в ресторан, но стеснялся. Зашёл в один, мне сказали: "Ни хао!" и что-то ещё, и предложили сесть, а я сказал: "Спасибо, я только оглядеться" (по-английски) и сбежал, чтоб не выглядеть шваброй-идиотом. Так вот пружинистым шагом я дошёл до магазина, купил там всякой вкусной дребедени, а в том числе лунный пирожок, и пошёл расплачиваться, наивно надеясь, что тут-то обойдется без разборок. Ха! Продавщица, проведя сканером по лунному пирожку, сказала мне ЧТО-ТО. Я сказал, что НЕ ПОЭЛ. Она повторила и для убедительности нарисовала в воздухе иероглиф. Я тем более не понял и, отчаявшись, стал разрабатывать план бегства. Тут на помощь пришла её коллега, которая повернула ко мне дисплей кассы: выяснилось, что женщина просто хотела убедиться, что я не против купить пирожок за 10 реньминби (юаней!) - это сорок пять рублей, условно говоря. Я сказал, что да, я готов, поблагодарил их и пошел есть еду и смотреть по сторонам.

В какой-то момент, дойдя до места, которое на карте было не очень далеко от отеля, я решил, что устал и пойду домой (не доходя где-то километра, а то и меньше, до площади Тяньаньмынь). О, каким наивным глупцом я был! И это при том, что я к тому моменту уже понял, что выданная мне карта весьма коварна: она так кучно и по-домашнему группировала все достопримечательности рядышком, что казалось, будто от одной до другой рукой подать, а выяснилось в итоге, что всё это находится на площади 6 на 6 км. Так вот, повернув и пойдя, как мне казалось, в нужном направлении, я как-то так незаметно погрузился в мысли, что неожиданно для себя вышел к какой-то стене. Я сверился со картой и понял, что это была стена Запретного Города, и пошёл обходить её. Обойдя Запретный Город, я неожиданно вышел к телебашне, которая находится вообще на другом конце Пекина (тут я утрирую, конечно, но я просто хочу, чтоб вы поняли моё Отчаянье!). "Ах, так, Пекинище?! - вскричал я про себя. - Ты хочешь подмять под себя мой Гулятельный Дух? Но нет же, я не сдамся!" И я не сдался (ценой своих ног), и ещё до посинения ходил кругами туда-сюда и пытался понять, где же я нахожусь. В какой-то момент я принял резолюцию: если до полуночи (а до неё оставалось полтора часа) я не пойму, как вернуться в отель, поймаю такси. И я уложился, пока весь город спать ложился! - благодаря тому, в частности, что понял: это был ни фига не Запретный Город, а какой-то парк, сделанный под Национальный Колорит.

И так вот уставший, но довольный, я вернулся домой - спустя пять с лишним часов после выхода и добрых два с половиной часа после того, как принял решение не осматривать больше ничего и отправиться отдыхать. Как бы в закрепление полученного эффекта меня ещё потом лифт отвез не на тот этаж, потому что я не вставил в него карточку, и из заказанной еды принесли не вкусную лапшичку, а мокрую серую свинятину. Но всё равно было вкусно.

Китайцы в целом мне ужасно нравятся. Они, конечно, простые и бескомпромиссные, как рельсы (ну это если обычные, а не те, что с Лоском), но при этом, по-моему, в массе своей добрые и спокойные. Удивительно, что при своей потрясающей трудоспособности они умеют расслабляться прямо по щелчку - а может, они и не напрягаются вовсе - вечером я, идя туда-сюда, проходил десятки выставленных на улицу столиков, за которыми люди сидели, ели маленькие шашлычки, вкусно макая их в какой-то соус, пили пиво, что-то обсуждали, играли в карты... Я всем, кому мог, улыбался, а они все на всякий случай смотрели на меня (мало ли, белолицый демон еду унесёт или мебель), но не противно, как у нас представители кавказских народов Обслюнявливают взглядом, а так, фиксировали мою нездешнесть, и всё. Кстати, удивительно, что тут очень мало белых людей.

Ещё тут смешные собаки. Они все в основном маленькие, но какие-то удлинённые, с большими совестливыми глазами. Проходил в одном месте женщину, у неё на коленях сидел большой спаниель и смотрел Во Тьму, а женщина ела что-то палочками. Мы с ней обменялись улыбками. А, и да, ещё, судя по всему, китайцы в целом не говорят по-английски - то есть вообще. Как мы или даже меньше. И в целом по итогам первого дня хочу сказать, что алхимический брак России и Китая, о котором так много говорил и писал Владимир Сорокин, пожалуй, был бы естественнее, чем аналогичный брак между Россией и Европой.

Пойду посплю.